Previous Entry Share Next Entry
"Кровавый Евромайдан – преступление века"
Зяка, Кука
jadore_odessa
Первый отрывок из книги Виталий Захарченко "Кровавый Евромайдан – преступление века" , который скоро выйдет с печати...
ЧАСТЬ 3
ОТ ОХОТЫ НА ПРЕЗИДЕНТА К ГЕНОЦИДНОЙ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ВОЙНЕ НА УКРАИНЕ
Глава 1
Охота на легитимного президента страны
Сергей Хелемендик:
Вероятно, это были необычные и драматические дни в вашей жизни. Возможно, у вас нет пока возможности рассказать все в деталях по понятным причинам.
Мы будем говорить о том, что происходило, когда Вы 21 февраля переговорили с президентом по телефону и было принято решение, что «Беркут” и внутренние войска выдвигаются в Донецк. Начну с вопроса: вы были уверены, что приказ покинуть Киев и колонной двигаться на восток будет действительно выполнен?
Виталий Захарченко:
Уверенности, конечно, не было, но кто вообще в те часы мог быть в чем-то уверен? Приказ был отдан и принят, в нем был понятный смысл – сохранить верные законному президенту и правительству подразделения, отступить и потом решать, как поступать дальше.


Сергей Хелемендик:
Почему вы не двигались вместе с колонной?
Виталий Захарченко:
Потому что было понятно, что если я возглавлю движение и останусь в эфире, а по-другому это было бы невозможно, то боевые столкновения станут неизбежны. Уже было понимание, что за вооруженным переворотом стоят профессиональные, хорошо оснащенные вооруженные структуры, то есть начнутся военные действия без какого-либо понимания того, что вообще вокруг творится. Поэтому я выехал с охраной в сторону Донецка, связь по согласованию с президентом выключил.
Мы были на нескольких машинах, все только на локальной радиосвязи, первые автомобили производили разведку, потом мы продвигались далее. Доехали без проблем и довольно быстро, но, как оказалось, ситуация в стране была уже совсем другой.
По дороге думал о том, что нужно сделать, когда прибудут верные войска в Донецк, что нужно предпринять со своей стороны чтобы сохранить конституционный строй, дать возможность президенту провести политические изменения, но в Донецке я узнал, что войска были остановлены.
Буквально за несколько часов до моего выезда из Киева мне удалось рейсовым самолетом отправить семью в Донецк. Родителей мне помог перевезти на родину в г. Константиновку, а в последствии в Крым и далее в РФ мой друг.
Когда я прибыл в Донецк, мои близкие были уже там, и, к счастью, появилась возможность отправить их в Москву самолетом.
Ситация менялась стремительно, и мы не успевали до конца понять, что происходит. Одно было ясно и сомнений не вызывало: верные части в Донецк не придут, а на законного президента Украины и его окружение объявлена охота, причем была установка – не брать живыми.
Сергей Хелемендик:
Кто остановил движение войск из Киева в Донецк?
Виталий Захарченко:
Это интересный вопрос. Я не думаю, что сегодня можно сказать с определенностью, что был такой один конкретный, живой человек, который вдруг
взял на себя ответственность за это решение. Как показали дальнейшие события, президент тогда уже полностью потерял контроль над ситуацией. Но ни он, ни я этого еще не понимали.
Президент прилетел в Харьков, даже дал там интервью, не понимая еще, что контроль над ситуацией уже потерян.
Позже выяснилось, что и в Харькове, который традиционно считался опорой власти, его появление на съезде депутатов юго-востока, мягко говоря, оказалось проблематично, потому что в зал проникли совершенно неизвестные люди, возможно, вооруженные, и их никто не остановил, не проконтролировал.
Сергей Хелемендик:
И все же, если я правильно понимаю, решение отводить внутренние войска и “Беркут” на Донбасс было принято вами и подтверждено президентом. Какие цели преследовало такое решение?
Виталий Захарченко:
Оно было вынуждено и по-своему неизбежно, и еще раз подчеркну, мы исходили из того, что у нас сохраняется командование наиболее боеспособной в тот момент частью силовых структур и что армия будет, как минимум, нейтральна. То есть часть внутренних войск и спецподразделений «Беркут» смогут проследовать в Донецк.
Если бы удалось вывести верные подразделения на Донбасс, а президент направлялся туда же, в Донецк, то на части территории Украины сохранилась бы легитимная власть, которую было бы чем защитить. И все могло быть по-другому, история могла повернуться иначе. Но внутренние войска и части «Беркута» были остановлены, и в Донецк я приехал только со своей личной охраной.
Сергей Хелемендик:
Как развивались события потом?
Виталий Захарченко:
Очень быстро. Самое главное событие заключалось в том, что, пытаясь вылететь из Донецка Янукович натолкнулся на вооруженное сопротивление, в следствии чего вылететь не сумел. Осознавая сложность ситуации, мы договорились собраться в доме одного известного и влиятельного в Донецке и Украине человека по его приглашению. Мы рассчитывали, что удастся найти решение по отстаиванию законной власти. Я, к сожалению, при этом разговоре не присутствовал, ибо подъехал немного позже. Но я никогда не забуду итог этой беседы.
После нее Янукович сказал мне, что теперь нам надо пробиваться в Крым, что ничего другого не осталось, более того, будем пробиваться порознь. То есть он отдельно попытается проехать через Мелитополь, а я с группой соратников позже другой дорогой добираюсь до условленного места на азовском побережье и жду распоряжения. Были предложены варианты отхода, было сказано также, что нам будут помогать надежные люди. Конечно, в тот момент весь мир для меня как бы перевернулся.
Ведь я был уверен, что мы собрались в этом доме, должны были найти решение, как бороться с госпереворотом. Не сомневался, что есть варианты и возможности, как это сделать. Учитывая, что вокруг сотни тысяч шахтеров, да и просто людей, не принявших майдан и незаконный захват власти, мы найдем поддержку. А глава государства сказал, что необходимо пробиваться на другую территорию. Что в Донецке нам не на кого рассчитывать. Это, безусловно, был серьезный удар.
Причем. как потом показали дальнейшие события, решение пробиваться разными группами было правильным, точнее, единственно возможным, ибо напрямую пробиться в Крым президенту не удалось.
Сергей Хелемендик:
Как мы сейчас знаем из сказанного президентом Российской Федерации, в Москве примерно в это же время происходила редчайшая в Истории встреча. Президент вызвал руководителей трех спецслужб России и поставил перед ними задачу спасать президента Украины. Потому что была информация, что его ждут по дороге в Крым в районе Мелитополя с крупнокалиберными пулеметами, а это ясно говорило о том, что живым Януковича брать не хотят.
Собрав вместе руководство спецслужб, Путин практически взял спасение Януковича в ручное управление, и, возможно, поэтому оно и было успешным. Но об этом мы знаем теперь, а что вы думали о своем будущем тогда?
Виталий Захарченко:
Сказать, что я был удивлен, было бы слишком мягко. Конечно, я не знал о происходящем столько, сколько знал президент Янукович. Все эти недели я вообще видел мир через «призму» майдана и всего там происходившего, по большому счету, было не до политического анализа, потому что нужно было постоянно принимать важные решения. Однако видя, что происходило на улицах Киева, не сложно было предположить, как может развиваться ситуация дальше. Я еще тогда пытался донести свои соображения президенту о политическом развитии и возможных его последствиях, но результата мои попытки не дали.
То, что в итоге части внутренних войск и «Беркута» были остановлены, возвращены в Киев, взяты под контроль и частично разоружены, было по приезде в Донецк первой очень плохой новостью, а вот предложение Президента пробиваться в Крым стало новостью уже совсем плохой.
Будущее рисовалось довольно жестко: с небольшой группой соратников пробиваться на полуостров.
Сергей Хелемендик:
И все-таки, насколько в тот момент вы отдавали себе отчет в том, что на вас объявлена охота? Что вас не предполагается арестовывать, что речь идет о физической ликвидации Януковича и его окружения?
Виталий Захарченко:
Я бы сказал так, понимания в полной мере не было. Но плохие предчувствия были. Опасения подтвердились чуть позже, когда у меня были уже вполне обоснованные основания полагать, что ситуация будет развиваться исключительно по наихудшему сценарию. Это, в частности, было понятно по тому, что сообщали украинские радиостанции.
Вместе с несколькими соратниками и моей личной охраной мы двинулись на юг, предпринимая особые меры предосторожности. То есть снова были машины,
которые тщательно изучали ситуацию впереди, а потом давали остальным сигнал к движению. И так мы постепенно продвигались к морю.
Сергей Хелемендик:
Ваша охрана была вооружена?
Виталий Захарченко:
Конечно, личным табельным оружием. Но ситуация была настолько сложной и опасной, что в какой-то момент я принял решение отпустить охрану вместе с машинами. Вероятность вооруженного столкновения с теми, кто открыл на нас охоту, росла от часа к часу, и мне было понятно, что эти ребята могут лишиться жизни практически ни за что. Это был не их бой, не их игра, вернее, не они эту игру проиграли, они только солдаты, они выполняли приказы. Им было понятно, что законная власть обрушилась, власть утеряна, и непонятно, кто в такой ситуации мы, лично я, их начальник, министр внутренних дел Украины, который пробивается в Крым.
Они не понимали, что с ними будет. Но прекрасно осознавали, что была реальная угроза. Что им, возможно, придется стрелять в таких же милиционеров, которые в свою очередь тоже не до конца ориентируются в происходящем, которым дан приказ непонятными новыми командирами.
Словом, я попросил их уехать, сдать машины и оружие новым властям и, как выяснилось позже, поступил правильно, потому что масштаб охоты на нас уже был таков, что при первом же столкновении нас всех просто бы перестреляли.
Мы сейчас не знаем точно, но когда-нибудь это обязательно выйдет на поверхность – тогда в погоне за легитимным президентом Украины были наверняка задействованы и спецслужбы других государств, профессионалы в очень специфических операциях. И столкновение с такой вот натасканной на уничтожение, до зубов вооруженной зондер-командой не оставляло нам никаких шансов. Для тех, кто совершил переворот живой Янукович был крайне опасен, а на мертвого, при благожелательном расположении запада, можно было повесить все что угодно.
Сергей Хелемендик:
Охрана уехала, и вы остались один на один с судьбой, без оружия?
Виталий Захарченко:
Нет, не совсем так. Я был не один, были еще соратники, имена которых информированным читателям будут понятны, но я не хотел бы их называть.
Безоружным я тоже не остался, надел бронежилет, каску, и под рукой был, как вы понимаете, не только ноутбук.
* * *
Второй отрывок из книги Виталий Захарченко , которая скоро увидит свет...
Дополню несколькими ремарками из личного общения...
Приказы МВД саботировались в том числе главой КМДА Поповым - бизнес - партнером Левочкина , и руководством ГУВД Киева,которые непосредственно отвечали за обстановку в городе, и на которых давили олигархи, участвующие в спонсировании госпереворота...

Глава 2

Вооруженный захват власти на майдане как операция западных спецслужб

Для того чтобы картина подготовки и проведения государственного переворота на Украине была полной, необходимо подробнее остановиться на весьма значительной роли западных разведывательных служб.

То, что Украина была объектом пристального внимания спецслужб коллективного Запада и прежде всего, конечно, США, ни для кого не секрет. Нужно сказать, что и сами они не очень-то скрывали свои намерения и активные разведывательные действия на территории страны.

…..

Начало событий на майдане показало, что основной груз этого кризиса ляжет на плечи сотрудников МВД. Я уже неоднократно говорил – и это моя глубокая убежденность, – что побороть такого рода технологии опрокидывания государственной власти только полицейскими силами невозможно. Надежда на помощь наших спецслужб и других министерств в борьбе с радикалами и стоящими за их спиной иностранными агентами была весьма призрачной.

Приведу несколько ярких примеров. Одной из технологий «цветных» переворотов является участие в беспорядках «профессиональных революционеров» из других стран. Как правило, это хорошо обученные и имеющий богатый опыт руководители радикальных движений из Сербии, Грузии и других стран, где подобные перевороты уже успешно осуществлены. Такие специалисты в огромном количестве были командированы осенью 2013 года своими кураторами на Украину. Когда нам в МВД это стало известно, я обратился с настойчивой просьбой к главе СБУ Якименко сделать все возможное, дабы не допустить этих персонажей в страну. Но, к сожалению, доклады председателя СБУ, как, впрочем, и многие другие, блокировались Левочкиным как руководителем администрации Президента. В результате этого ничего сделано не было, и эти «буревестники» цветных майданов в огромном количестве оказались и активно действовали в Киеве.

Роль Левочкина в организации протестов и откровенная работа в интересах иностранных кураторов майдана сложно переоценить. Он был классическим агентом влияния западных спецслужб. О том, что провокация 1 ноября именно его рук дело, я уже говорил неоднократно, но стоит вспомнить также и то, что сразу после госпереворота Левочкин был вызван в США, где получил полную поддержку и благословение на дальнейшую политическую деятельность в роли ручного оппозиционера. Стоит ли удивляться, что новые власти его не трогают. Ворон ворону глаз не выклюет.

С самого начала кризиса не проходило дня, чтобы у меня не было контакта телефонного или личного с «обеспокоенными» представителями западных посольств. Зачастую на таких встречах присутствовали и профессиональные разведчики под дипломатическим прикрытием. Надо сказать, что люди они очень хорошо подготовленные и крайне циничные. Все, что происходило на улицах Киева, они прекрасно видели, осознавали и достаточно четко декларировали свои цели. По сути, они даже не скрывали ни рода своей деятельности в стране, ни своих намерений. Основной задачей, как мне показалось, для них было прощупать мою позицию, предугадать мои реакции и поступки при обострении ситуации.

Другим интересным аспектом деятельности спецслужб наших «доброжелателей» было четкое руководство протестами через своих агентов в рядах оппозиции. Здесь я вступаю в область предположений, хотя все они основаны на фактах и документах, но поскольку, как я уже говорил, это не компетенция МВД, то будем считать это сугубо моими предположениями.

Итак, по моим данным (или если хотите, предположениям), Аваков достаточно давно был завербован британскими спецслужбами. Слухи об этом пошли после инцидента в Италии, где Аваков, просто по глупости, попал в поле зрения местной полиции при мелком ДТП (кроме того, он ехал на машине в день, объявленный муниципалитетом днем без автомобилей). Находясь в это время в международном розыске, он, конечно, рисковал быть депортированным на Украину, чего всеми силами пытался избежать. Договориться с карабинерами не удавалось, и перспектива у Авакова была весьма печальная. Однако очень вовремя появились британские доброхоты из МИ6 и весьма любопытный персонах с прибалтийскими корнями, чья роль в трагических событиях во время расстрелов на Институтской улице в феврале 2014 была во многом определяющей. Именно они, по нашим сведениям, «уладили» проблему Авакова в Италии, после чего связь их стала очень прочной и просматривалась вплоть до майданных событий.

О Наливайченко и его весьма тесных связях с ЦРУ не упоминал только ленивый, посему не вижу смысла повторяться. С этим персонажем все предельно ясно. Но среди многих зачинщиков майданного переворота были и фигуры меньшего масштаба, но тоже весьма знаковые. Для примера можно вспомнить о неком Данилюке. После ряда мелких и неудачных попыток организовать протесты по поводу налогов и прочих якобы притеснений предпринимателей наш герой был замечен и отмечен вниманием все той же незабвенной МИ6. Организовав «Спильну справу» и заведомо вывезя семью в Лондон (какой карьерный рост и трогательная забота Туманного Альбиона для мелкого украинского протестанта!), Данилюк во время майдана начал с лихостью захватывать здания и министерства. Причем после общения с посольством США так же быстро ретируясь обратно. По нашим данным только за время с декабря по февраль Данилюк несколько раз летал в Британию, после чего его активность резко возрастала. То, что Данилюк был завербован, у меня лично не вызывает ни малейшего сомнения.

Есть сведения о том, что немецкие спецслужбы плотно работали с Кличко, что неудивительно. Вообще очень большое количество политиков высшего и среднего уровня, журналистов, гражданских и общественных деятелей считали возможным и даже желательным работать с иностранными спецслужбами. Понятие суверенитета значительной частью общества понималось весьма своеобразно. Искаженное представление о государственной безопасности Украины во многом и определило те трагические события, которые произошли в стране в феврале 2014 года. К великому сожалению, осознание этого ко многим так и не пришло. Наверное, за истошными криками о «незалежности» Украины они всегда понимали только личную выгоду. При такой позиции ни одно государство не будет устойчивым.

?

Log in

No account? Create an account